В доме нет удачи

Припев:
Ведь нет удачи в доме,
Нет удачи в нём;
Нет отрады в доме,
Коль хозяин за морем.

И верны ль вести эти?
И здоров ли он?
Время ль думать о работе?
Прочь, подружки, прялку прочь!

Время ль думать о работе,
Коль уж Колин у ворот;
Подай мне плащ, на пристань я пойду,
Встречать его с воды.
Ведь нет, и т.д.

Вставай, приберись у печки,
Большой котёл поставь;
Кате — хлопковый её сарафан,
А Джеку — праздничный кафтан.

И начисть башмаки до черноты,
Как смородина зрелой,
Чулки отбели, как снег,
Лишь чтоб порадовать супруга,
Что был так долго вдалеке.
Ведь нет, и т.д.

Две жирных курицы на насесте,
Месяц откормлены иль боле;
Скорей возьми и шею им сверни,
Чтоб угостился Колин всласть.

И стол накрой опрятно, чисто,
Пусть каждая вещь глядит пригоже;
Ведь кто узнает, как он жил-был,
Пока был в дальней стороне?
Ведь нет, и т.д.

Подай мой чепец и сарафан
Из епископского атласа;
Должна судейской жене сказать я,
Что Колин в город прибыл.

Мои выходные башмаки надеть пора,
И чулки бирюзового жемчуга;
Всё чтоб порадовать супруга,
Что и верен мне, и прям.
Ведь нет, и т.д.

Так верно сердце, речи так плавны,
Дыханье — словно свежий ветер;
И в самом шаге музыка слышна,
Когда по лестнице идёт.

Увижу ль снова лицо его?
Услышу ль снова голос?
От мысли этой голова кружится, —
Ей-ей, вот-вот заплачу.
Ведь нет, и т.д.

Холодные порывы ветра зимнего,
Что в самое сердце пронизывали,
Все миновали, он со мной, в безопасности,
И смерть одна нас разлучит;
Но к чему о разлуке думать?
Она, быть может, далека;
Настоящий миг нам принадлежит,
Следующий — неведом вовсе.
Ведь нет, и т.д.

Раз Колин здрав, я и довольна,
Мне больше нечего желать;
Лишь б жить, чтоб осчастливить его, —
Я счастливей прочих буду.

Увижу ль снова лицо его?
Услышу ль снова голос?
От мысли этой голова кружится, —
Ей-ей, вот-вот заплачу.
Ведь нет, и т.д.

Об этой песне редактор сборника «Лирические жемчужины Шотландии» заметил:
«Авторство этой прелестной домашней песни было предметом многих споров;
одни приписывали его Уильяму Джулиусу Миклу, учёному и поэту утончённому,
другие же, с равной долей вероятности, — миссис Джин Адамс, бедной школьной учительнице,
что жила в Кроуфордс-Дайк близ Гринока в начале прошлого столетия
и умерла в городской больнице Глазго в 1765 году.
Миссис Фуллертон, ученица Джин Адамс,
часто слышала, как та повторяла эту песню и утверждала, что это её собственное сочинение;
с другой стороны, преподобный Джон Сим (редактор Микла) говорит,
что миссис Микл прекрасно помнила, как её муж дал ей эту балладу как
своё собственное сочинение
и объяснил ей (будучи англичанкой по рождению) шотландские слова и выражения.
Один проницательный современный критик справедливо замечает,
«что школьная учительница выросла в морском порту, чего нельзя сказать о Микле,
и наверняка была не раз свидетельницей разлук и встреч моряков с их жёнами.
Само непринуждённое выражение в песне, «на пристань я пойду», говорит в её пользу,
как и имя героя, «Колин»; имя это распространено лишь в Западном Нагорье».
Сравнив доводы за и против, мы считаем, что права старой учительницы обоснованы, по меньшей мере,
не менее полно, чем права изящного переводчика «Лузиад».

Роберт Бёрнс полагал, что «Это одна из прекраснейших песен на шотландском или каком-либо ином языке».
У песни было два пародийных переложения.
Первое — анонимная и весьма пространная «Нет удачи в доме, коль хозяйки нет»,
появившаяся в шестом томе «Шотландского музыкального музея» Джеймса Джонсона в 1803 году.
О втором Чарльз Киркпатрик Шарп (1781–1851) сказал:
«Пародия на эту песню, о заключении мира с Америкой, появилась в 1782 году
и была напечатана в виде простой листовки.
Начиналась она так —
Но верны ль вести эти?
И правда ли всё то?
Неужто Конвей, Бёрк и Фокс подста́вили
Норту наконец ногу?
Припев:
Нет удачи при дворе,
Нет удачи в нём;
Не быть ей, пока мы ведём войну
С Северной Америкой.
Сочинение весьма слабое и заслуживает внимания лишь как свидетельство популярности оригинальной песни».

Из книги «Шотландия танцует», автор Юджиния (Джини) Калландер Шарп
(Публикуется с разрешения автора.)